15.04.2021
Каким был Гагарин? Русским...
Орбитальный полет Юрия Гагарина 12 апреля 1961 года оказался единственным событием в истории человечества, когда оно, человечество, слилось в экстазе абсолютного согласия и восторга от содеянного человеком. Таких мгновений, в которые — вопреки классовым и религиозным, национальным и расовым, материальным и идеологическим, интеллектуальным и духовным, мягко говоря, противоречиям, — оно пережило полное единение эмоций и мыслей, не было, нет и не будет никогда, даже если, не дай бог, случится полет на Марс.

Подобное произошло не случайно, не на ровном месте, а было подготовлено эпохой оттепели, когда все иллюзии о ждущем впереди прекрасном будущем вдруг слились и материализовались в улыбке Гагарина и его «Поехали!». И это были иллюзии не только советского народа, уже почти десятилетие живущего без сторожевых вышек и колючих проволок ГУЛАГа, но и всех народов мира, когда ужас Второй мировой войны уходил в прошлое, а до первобытного эксгибиционизма цифровой цивилизации было еще почти полвека.
Прекрасное было время. Сказочное. Страна жила как в апокрифическом раю. Никогда в тысячелетней истории России не было такой безоблачной, беззаботной и счастливой поры. Никогда ощущение счастливого безумия происходящего и того, что все лучшее еще впереди, не охватывало так людей. Взлетали ракеты и кружились по орбитам спутники. Человек в космосе. Физики и лирики. Все люди братья. Вечера поэзии в Политехническом. Атом в руках человека. «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!» (именно так, черным по белому — в Программе КПСС).

Какие писались романы! Достаточно перечислить названия, чтобы почувствовать сказочные и счастливые шаги той очень короткой, едва уложившейся в одно десятилетие эпохи: «Искатели», «Битва в пути», «Иду на грозу». А какие были песни: «Я люблю тебя, жизнь, и хочу, чтобы лучше ты стала…», «Мой друг рисует горы/ Далекие, как сон…», «Если друг оказался вдруг и не друг и не враг, а так…», «Милая моя, солнышко лесное…», «Где милая моя и чайник со свистком…», «Солнечный круг, небо вокруг…». И пелись они в полной уверенности, что повсюду только друзья и милые, а вокруг — небо и на нем солнечный круг.

…И прекрасное, широко улыбающееся лицо первого человека, побывавшего в космосе. И никого не волновало, что этот космос располагался всего в 250 км от поверхности Земли, то есть на расстоянии, составляющем всего лишь 1/25 ее радиуса. Весь мир был в самом искреннем и глубоком восторге. Включая Запад. Поэтому можно, не сильно преувеличивая, сказать, что визит Юрия Гагарина в Букингемский дворец, когда Елизавета II пригласила его на королевский ланч, был апофеозом согласия между Западом и Россией. Его отголоски слышны даже сейчас, когда отношения между ними можно, также не сильно преувеличивая, назвать исключительно склочными.

К примеру, недавно королева Великобритании приняла участие в онлайн-мероприятии, посвященном Британской неделе науки, и неожиданно вспомнила о встрече с Гагариным. Она рассказала, что Гагарин не говорил по-английски. Тем не менее… «Было очень интересно встретиться с ним, и я думаю, то, что он был первым (в космосе), это захватывающе», — отметила Елизавета II. И, отвечая на вопрос, каким он был, коротко пошутила: «Русским». Очевидно, что не «медведем», «революционером» или «Иванушкой-дурачком», а «Иваном-царевичем-космонавтом».

Никогда не говори никогда. Но, повторяю, того, что происходило в мире сразу после полета Гагарина, не будет никогда. И последующие события не замедлили подтвердить эту простую истину. Год спустя случился Карибский кризис, когда человечество, только что дружно рукоплескавшее первому космонавту мира, оказалось на грани ядерной войны. Кстати, возможно, именно след космического восторга предотвратил самое худшее. При знакомстве с содержанием советско-американских переговоров в момент кризиса не оставляет мысль о том, что и Никита Хрущев, и Джон Кеннеди вели себя на удивление не воинственно и что во время всего кризиса ими двигало желание найти компромисс. И, возможно, именно эстетика мировой гармонии, вдруг на мгновение воплотившаяся в ракете, унесшей в космическую даль Юрия Гагарина, мешала им превратить эту же вещь в носителя чудовищного ядерного взрыва.

Но «хищные вещи века» быстро взяли течение истории в свои руки. Оттепель благополучно отдала концы с вводом войск Варшавского договора в Прагу. Мистическим образом и Юрий Гагарин погиб за несколько месяцев до августа 1968-го.

Теперь иные времена. И о былом космическом величии России своеобразно напомнила первая на планете женщина-космонавт Валентина Терешкова, с истовостью первой космонавтки требовавшая обнулить Конституцию. А в ноябре прошлого года Роскосмос решил запатентовать фразу первого космонавта Земли «Поехали!». «РИА Новости» сообщало, что госкорпорация подала заявку на регистрацию товарного знака. Затем в Роскосмосе объяснили свое решение желанием предотвратить недобросовестную конкуренцию и защитить историческую память. Какие времена — такая и память. про



Александр Лигачев

в н с Институт общей физики им. А М Прохорова РАН
Поделиться в соцсетях:
Made on
Tilda